?

Log in

No account? Create an account

Предыдущий пост | Следующий пост

Структурный кризис и дефицит бюджета - Монетаризм как религия - Первый звонок - Распад административной системы - Становление религии монетаризма - Ошибочность монетаризма - Конец социального государства

МОНЕТАРИЗМ И РАСПАД ГОСУДАРСТВЕННОСТИ РФ.
Лекция от 13.09.2013 (Пафос, Кипр)

Последний московский анекдот звучит так: Собянин обратился к Патриарху с просьбой отпустить грехи, ибо считал себя грешником. На это Патриарх ответил ему, что он не грешник — он статистический погрешник.

Конечно, это анекдот, а вот то, что Патриарх на самом деле сказанул на его инаугурации, скоро станет классикой. Патриарх назвал Путина «Ваше Превосходительство». К президенту положено обращаться «Ваше Высокое Превосходительство», «Ваше Превосходительство» положено обращаться к майору. Путин же по званию генерал-полковник и это звание он получил давно, еще в прошлом веке.

Ещё веселее, что там сказал сам Путин.

[Нажмите, чтобы прочитать]

Он начал с того, что назвал Собянина Юрием Михайловичем. Сказал, что Юрий Михайлович очень много хорошего сделал для Москвы. Затем он поправился и сказал, что да, Собянин не сделал для Москвы ничего плохого. Примерно в том же стиле была вся его речь на инаугурации.

Итак, выборы закончились так, что неудовлетворенными остались все, Собянин, который теперь стал «статистическим погрешником» - его подвесили на непонятные 0,5% вокруг которых идет спор. Недовольны и те, кто хотел второго тура и больше шума, а это те ребята, которые стоят за Навальным. Ну и, конечно же, недовольно население, так как непонятно что теперь будет. Это - очередной шаг к дестабилизации, которая идет везде, а идет она по одной простой причине.

Структурный кризис и дефицит бюджета

Первый признак дестабилизации — кончились деньги. Основная проблема именно в этом, что и называется структурным кризисом. С одной стороны кризис можно описывать сложными моделями и вопросами, но для каждого в отдельности кризис упирается в отсутствие денег. Это та реальность, в которой мы сегодня оказались.

Михаил Леонидович с этого сегодня и начал, дал вводную: наше правительство радостно объявило секвестр бюджета на 5%. Дело не в этих процентах, а в том, что это действительно ключевой момент: от признания дефицита бюджета перешли к признанию начала процесса государственного банкротства. Все помнят, сколько прошло времени с секвестра 1997 года до дефолта 1998 года. В 1997 году приняли бюджет, и через месяц министр финансов прибежал с секвестром.

Сейчас секвеструют бюджет предыдущего года — это назвали коррекцией, потому что после 1998 года слово секвестр употреблять больше не будут. Это говорит о том, что официально признан не только дефицит бюджета (он признавался и раньше, недофинансирование тоже), но его перевели в институциональную форму. Грубо говоря, сказано так: с сегодняшнего дня мы экономим. А на ком обычно экономят? На тех, кто не может отбить свои деньги. Те, кто такую возможность имеет, что-то сохранят, но остальные — нет.

На сегодня возникает вопрос - кого резать? И его придётся решать. Это - не вопрос министра финансов, это - политический вопрос. Конечно, если бы был сильный министр финансов, такой как Кудрин, можно было бы повесить это на него. Был бы сильный премьер министр — повесили бы на него. Сегодня спихивать не на кого и за все будет отвечать верховная власть, ей и нужно принимать решения. Но наша верховная власть всегда принимала решения странно, пытаясь найти равновесие там, где его нет. Поиск равновесия  приведет её к тому, что она рассорится со всеми.

За последний год по моим наблюдениям  расходы на ЖКХ выросли в два с половиной раза. У меня есть небольшая квартира в Ленинграде, за которую я платил примерно 2500 рублей, сейчас же эта цифра составляет около 7000 рублей в месяц. Ясно, что такое положение дел не только у меня, но и у всех остальных. Это может зависеть от региона, но рост примерно такой же. Чем это оплачивать тем людям, у которых нет какого-нибудь финансового задела? И если платить нечем, то платить и не будут, ситуация зависнет, станет еще хуже. Такие же процессы идут во всех областях и по всем направлениям. Стоит где-то урезать бюджет, тут же возникают дыры, которые необходимо закрывать, а организационно закрывать дыры власть не умеет, поскольку все члены правительства у нас одной веры - монетаристы.

Монетаризм как религия

Основной символ веры монетаристов звучит как «бабло побеждает зло». Они верят, что деньги — способ решения любых проблем. Но этот принцип не работает: они заливают деньги, а проблема остается и никак не решается.

Типичный анекдот - организация митингов: сегодняшний бюджет — 5000 рублей на одного участника и в лучшем случае после всех цепочек до низового участника митинга доходит 300-500 рублей. За такие деньги никто на митинг идти не хочет, но больше денег нет, поэтому и митинги организуют меньшего объема. Потом организаторы бегут в полицию, дают «на лапу», чтобы те сказали, что количественно митинг был больше.

Последнее время воруется все подчистую, а на митинги сгоняют только таджиков. В газетах и интернете смеются над про властными митингами, на которых действительно стоят одни таджики с плакатами. В порядке издевательства можно еще подойти и попросить прочесть, что написано на плакате. На Селигер выделяются миллиардные средства, а в результате выясняется, что участники должны ехать за свойсчет, потому что нет денег.

Так выглядит любой процесс, который власть пытается организовать. У них нет орг. Ресурса, а попытка заменить его монетарным приводит к тому, что ничего не работает. Это следствие монетаристской религии, люди верят, что ресурсы взаимозаменяемы, что их можно заменить универсальным ресурсом, а оказывается, что он не работает.

Последние 12-13 лет Россия прожила в уникальной ситуации грандиозного избытка денег. Европейские профессора экономики на лекциях начинают рассказывать о русской экономике с анекдота: «Два русских попали на необитаемый остров. Один собирал кокосы, другой — ловил рыбу. Так и сложилась экономика — рубль-рыба, рубль-кокос. К острову прибило сундук с золотом. Они его нашли и поделили. Так и живут теперь: миллион - рыбина, миллион - кокос».

Это - достаточно точное описание российской экономики. Примерно  так мы живем примерно с 2001 года. Все что касается масштабов коррупции, связано с чисто экономическим вопросом.

Все это понемногу привело к тому, что благодаря избытку денег, первое время, пока орг. ресурс был у кого-то, кто его готов был монетизировать, они были готовы решать вопросы. Их решение становилось все более дорогим, но деньги были. И в какой-то момент, начиная примерно с 2010 года, деньги стали продолжать идти, но вопросы перестали решаться. И, наконец, начиная с 2013 года, возникает ситуация, когда и вопрос не решается за деньги, и денег нет. Здоровым людям стало понятно, что деньгами вопросы вообще не решаются, и у Кремля нет орг. ресурсов.

Первый звонок

Где-то в 2010 году была ситуация, когда какого-то футбольного хулигана убили хулиганы южных национальностей. По этому поводу молодёжь бунтовала на Манежной площади, причем не за то, что убили, а за то, что отпустили. Если бы такая ситуация произошла в любом американском городе, где у мэра есть власть, мэр бы просто на просто дал указание начальнику департамента полиции:

изловить убийцу,
тех кто отпустил — быстро уволить,
а тех, кто на площади — быстро разогнать.

Вопрос, решаемый в полплевка, если есть минимальная власть. Оказалось, что ни у кого в Российской Федерации  такой власти нет. Ни у министра внутренних дел, ни у президента, ни у премьер министра.

Возник вопрос, как решать эту проблему: ведь у Кремля имеется только пиарный инструмент. Начали выяснять, а нельзя ли арестовать этого убийцу? Выяснилось, что для того, чтобы его арестовать, нужно организовать розыск. Но тут встает вопрос, кто это профинансирует. Финансирование оказалось достаточно большим, и искали несколько недель, на протяжении которых было шумно.

Встал вопрос уволить тех двух милиционеров, которые его отпустили. Но должности их куплены, а значит, увольняя нужно отдавать назад деньги. Начальник отделения на себя это брать не хочет: ему же возвращать деньги. Можно уволить приказом министра, но тогда может всплыть вопрос о том, что деньги-то плачены. Начали искать сумму, чтобы этим милиционерам компенсировать увольнение.

А время идет, и молодняк бунтует на площади. Сначала собрали всех министров, посадили перед ними президента. Ну что может сказать человек, который вообще не представляет о чем речь? Медведев начал лопотать: «неужели невозможно навести порядок? По сводке самым младшим 14-15 лет, это же ужасно! Такой возраст и уже так хулиганить!». Сидит клоун и вот такое несет. А министры головами кивают и поддакивают.

В итоге нечто сообразили, но вышло смешно и неубедительно. Применили «тяжелую артиллерию»: привезли главного народного артиста и затолкали в автобус с футбольными фанатами. Что там с ним делали неизвестно, но когда оттуда вышли, то сказали, что все нормально — пойдет, хороший царёк, наш, фанатский.

С этого момента ситуация понемногу начала разруливаться. Потом уже нашли финансирование, тут уволили, там арестовали, в общем, навели порядок.

Как видно из ситуации, у государства в руках есть только пиарные технологии. Но оно не сразу пришло к такому положению дел, изначально все было не так.

Вопрос: Евгений Витальевич, Вы сказали, что вливание денег не разрешает проблему. Но тут же привели пример, который доказывает обратное...

Это удалось тогда. Тогда еще что-то работало. Позже уже и митинги не удавалось согнать. Удалось, но с таким скрипом, что шум не утихал месяц. Хотя ситуация проста и в любом нормальном государстве с работающей административной системой она решилась бы быстро и эффективно.

Распад административной системы

Как религия монетаризма приводит к распаду государства? Как  складывалась существующая система? Она начала складываться наверху.

В 1990 году система власти выглядела так. Министерство назначает начальника департамента, пост его куплен той или иной финансовой структурой. Он занес денег за назначение, структура его проспонсировала, теперь он её ставленник и работает на структуру.

В департаменте есть три типа людей. Первые - это те, которые решают свои вопросы (они тоже купили место и были от кого-то поставлены) и часть денег отправляют наверх. Вторая группа людей — это люди, которые работают непосредственно на начальника, это его люди, он им платит. Помимо зарплаты они получают от него конверт с суммой, на которую в Москве можно жить, в отличие от зарплаты. Содержание этих людей является частью личного бюджета начальника, который пополняют спонсоры, без этого он работать не может, так как не будут решаться его вопросы. Третья же группа — это неприкасаемые люди, оставшиеся от старого аппарата и имеющие аппаратный вес, их нельзя ни убрать, ни пользоваться ими. Сейчас таких уже нет, они все на пенсиях, но тогда еще были.

После 1990 года началась эволюция этой структуры. Эта эволюция начала прорастать вниз: человека назначают на некую должность и за это он должен «занести». Десять лет назад должность главврача московской больницы стоила 4 миллиона долларов. Сегодня, наверное, на порядок дороже. Все должности такого рода, к примеру, начальник милиции, стоят примерно одинаково.

Так вот, человека назначают на должность. Он уже заплатил за это и теперь необходимо как-то эти деньги отбить, ведь это миллионы долларов. Кроме этого, необходимо организовать поток денег наверх — это необходимое условие для получения должности. Такой человек начинает продавать должности, находящиеся под ними. Какие-то уже проданы до них, какие-то еще можно продать, но если должность продана и за нее получены деньги, то уволить с нее человека о н не имеет права — придется возвращать деньги.

Его нельзя уволить, но можно приказать. Правда, он возьмет «под козырек» обяжется выполнить, но выйдя из кабинета, забудет об этом, ведь главное, что его не могут уволить — на остальное можно забить. Деньги ведь платит исправно, денежный поток обеспечивает, какие к нему могут быть еще претензии?

Возьмем среднее московское отделение милиции. Милиционер собирает в месяц где-то 15-20 тысяч с коммерческих структур. Значительную часть ему нужно отослать наверх, еще часть он заберет себе, но часть у него уйдет на выполнение плана. Если ты оперативник, то хотя бы одно дело в месяц, инициированное тобой, должно дойти до суда. А для того, чтобы дело возбудить, нужно идти с материалами к следователю. Но для того, чтобы тот «возбудился» хоть немного, следует «занести». Далее нужно, чтобы прокурор поставил свою подпись и передал дело в суд. Значит, нужно занести и в прокуратуру - иначе, без финансирования, дело не пойдет. Для того чтобы дело приняли в суде, нужно проплатить процесс - иначе не примут. Все это платиться из своих средств. Раз уж дело взяли в суд, то обвинительный приговор обязательно будет — деньги-то получены, гарантия 100%!

И что же делать этому рядовому оперативнику? Ведь чтобы дела двигались ему нужно кругом платить из своих средств. Естественно, экономят. Самое дешевое дело — это акцизная марка. Находят бомжа, вечерок его пинают, он дает  нужные показания по делу. Это стоит дешевле всего, тысячи в две можно уложиться, довести дело до суда и посадить лоха. Будет ли это условный срок или нет — не важно, главное, что дело закрыто.

Теперь рассмотрим ситуацию с административной позиции. Предположим, что я начальник этого оперативника, и у меня есть необходимость кого-то посадить. Допустим, я дерну его и говорю: посади мне вот этого. Первым вопросом от опера будет вопрос о финансировании. Говоря вежливо, я должен давать взятки своим подчиненным, иначе система не будет работать.

Итак, в результате этой системы моё положение начальника милиции ничем не отличается от положения любого человека, который пришёл с таким же заказом к тому же оперативнику и профинансировал его. Этот оперативник будет работать на кого угодно, и никаких административных рычагов повлиять на это у меня нет. Я могу только на общих основаниях заказывать и проплачивать.

Таким образом, власти в системе нет — она из нее ушла в 2006-2007 годах. Вся власть оказалась монетизирована. Человек пришел, сел на какой-то кусок власти, превратил ее в деньги и - в какой-то момент остался без этой власти. Должность есть, погоны есть, звезды  на них блестят после усердной чистки, а власти нет. Изображаешь из себя большого начальника, чтобы все думали, что ты действительно большой начальник, вместо двух мигалок ставишь три и это единственный способ что-либо изобразить.

Если ты реальный начальник, у тебя не будет мигалок. Я помню времена, когда была реальная власть, при Советском Союзе. Тогда, если ты был генералом КГБ, ты имел реальную власть. У меня был друг. Однажды мы куда-то приехали, выходим из машины и вдруг сопровождающий говорит: «Игорь Михайлович, вы же машину не заперли», на что он ответил: «Ну и что? Кто ЭТУ машину тронет?». И конечно на ней не было никаких мигалок — не нужно было. А теперь без мигалок никуда. Мигалка, малиновые штаны и два раза «кю». Ритуал нужен для того, чтобы подчеркнуть, что ты начальник, даже если у тебя нет реальной власти.

Подписаться на Telegram канал shel_gilbo
promo shel_gilbo июнь 28, 02:47 39
Buy for 100 tokens
В августе-сентябре я провожу в Петербурге и Москве серию семинаров на разные темы Первый из них 24-25 августа будет посвящён Алхимии и её взаимоотношениям с современной аналитической наукой. Я расскажу как и почему ошибочное разделение на атомы и молекулы стало тормозом технологического развития,…

ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ

Освоение архива вопросов и ответов по личностному росту гарантирует ежедневное изменение Ваших отношений с реальностью к лучшему.
Июль 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Метки

Разработано LiveJournal.com
Дизайн Jamison Wieser