September 15th, 2006

Россия на перепутье 27

В первых очерках этого цикла я говорил о контурах системного кризиса режима Путина, который начнется вместе с падением нефтяных цен. Сегодня уже ясно, что переход к существенно более низкому ценовому режиму не за горами.
Из чего это следует?

Безграмотные экономисты, называемые в просторечии «рыночники» (так как «рыночной» называется экономическая теория, преподаваемая в колледжах для клерков в целях нагрузить их предрассудками, несовместимыми со способностью бороться за власть и социальное продвижение) считают, что цена на рынке определяется соотношением спроса и предложения. Зависимости спроса и предложения от цены, по их понятиям, монотонны, а потому они рисуют некий крестик, и в пересечении линий находят «равновесную цену».

При этом всех этих горе-экономистов-монетаристов совершенно не заботит, что за исключением самых простых случаев эта их теория не соответствует реальной цене на рынке НИКОГДА. Так как другой теории у них нет, то преподают эту, держа в загашнике представление, что ситуация на рынке на самом деле непредсказуема, так как заговор подлых мошенников-коррупционеров всегда опрокидывает расчеты честных экономистов. Вот если бы не было коррупции и мирового заговора, то тогда бы их теория в точности выполнялась.

В отличие от экономистов-рыночников, те экономисты, которые занимаются реальными процессами в экономике и потому не принадлежат к числу адептов рыночно-монетарных религий, прекрасно знают, как на самом деле зависит спрос от цены. Грубо говоря, в силу воздействия множества структурных факторов эта зависимость не монотонна, а представляет собой кривую с горбиками и локальными минимумами, которые являются устойчивыми состояниями. Собственно говоря, и предложение зависит от цены также неоднозначно, к тому же дело осложняется временным лагом на расконсервацию мощностей.

Пересечения этих весьма причудливых кривых происходит в нескольких местах. А это значит, что текущему соотношению спроса и предложения могут соответствовать несколько устойчивых ценовых состояний.

Дело осложняется еще и тем, что процесс схождения к равновесной цене, если оная существует, носит стохастический характер. Если экстремумов, устойчивых состояний много, то схождение может пойти в сторону любого из них, причем выбор осуществляется привходящими факторами, воздействующими на процесс. Поэтому любой переходный процесс может быть дестабилизирован и направлен к совершенно иному устойчивому положению, не ближайшему к нынешнему, а даже и к наиболее дальнему от него.

[Spoiler (click to open)]

В математике существует группа дисциплин, которые изучают эти процессы, неизвестные параноикам-приверженцам рыночно-монетарных религий. Это и теория бифуркаций, и теория особенностей Уитни, и теория катастроф. Разумеется, и экономисты институциональных школ всегда имели эти процессы в виду, и разработали целый механизм воздействия на бифуркирующие процессы при помощи слабых возмущений в окрестностях точек особенностей. В результате сегодня экономисты обладают мощным инструментарием управления рынками, который позволяет из политических соображений внешними воздействиями перенаправлять их к нужны точкам экстремумов.

Интересно, что при нынешнем соотношении спроса и предложения на нефть существует несколько устойчивых ценовых состояний рынка, исчисляемых по бифуркационной модели. Среди них есть состояние с ценой 19 долларов за баррель, 22, 26, 29, 37, 39, 46, 54, 61, 64, 82, 89, 101, 146. Существуют такие серии управляющих воздействий на рынок, которые позволяют направить его к любому из этих экстремумов за разумный период времени, порядка одного сезона.

Таким образом, решение здесь остается за политиками, экономисты могут реализовать любую политическую волю. Но профессиональные экономисты есть сегодня только в США,  в остальных странах начальники приблизили к себе рыночников. Это и является базовым фактором в сфере распределения экономической власти в современном мире.

Посмотрим в этом контексте, какие факторы влияют на выбор целей правительством США. Инфляция в этой стране уже по реальной корзине давно вышла на десятки процентов. Даже официально исчисляемая по «удобной» корзине инфляция сегодня существенно выше банковских ставок. Поднятие этих ставок означает экономический крах в связи с огромным объемом как потребительской, так и корпоративной задолженности. Вдобавок к этому на экономику тяжким бременем легла стагнация рынка недвижимости. По сути, при нынешних ставках покупать недвижимость можно только с горя, да и старые кредиты лежат тяжким бременем на семейных бюджетах.

Что остается? Остается сбить цены на энергоносители, чтобы инфляция стала ниже ставки рефинансирования без повышения этой самой ставки. Этим внутренние проблемы США будут решены за счет снижения доходов мелких купчишек-нефтеторговцев. Особенно одного, который сильно всем досадил, когда собрал большой бомонд у себя в доме, и при этом вел себя наподобие Карандышева, пригласившего к себе больших купцов по поводу согласия Ларисы Дмитриевны выйти за него замуж. Вспомним, чем сие кончилось в результате и для Карандышева, и для Ларисы.

Инструментарий для реализации этой цели у властей США в наличии есть. Угадайте с двух раз, откажутся ли они от его применения?

Теперь давайте посмотрим, как именно должна пойти динамика сбивания цен. Первый удар имеет смысл наносить в момент сезонного спада. Таковой бывает летом-в начале осени. Собственно, именно эту ситуацию мы и наблюдаем в последние месяцы. Идет явный сброс рынка к ценовому экстремуму 54 доллара за баррель. Ясно, что авторы стратегии стремятся успеть зафиксировать рынок около него до наступления полосы повышения спроса в связи с подготовкой к отопительному сезону.

Основными инструментами воздействия, конечно, являются пиарные и организационные. К числу пиарных отнесем публикацию информации о резком росте разведанных запасов углеводородов в мире – она на рынок своё воздействие оказала. Сюда же пойдет улучшение отношений с Ираном. Сюда же – мощная пропаганда программ по развитию атомной энергетики. К числу организационных можно отнести договоренность с Нигерией об упорядочении поставок нефти на рынки США.

На следующем этапе решается достаточно легкая задача удержании ситуации в зоне достигнутого ценового экстремума, допуская лишь естественные колебания в связи с сезонным ростом спроса. А с окончанием сезона высокого спроса можно новым ударом опустить цены, как у них принято выражаться, «в бэйсмент», что соответствует русскому «под плинтус».

Разумеется, кремлевские ребята мечтают о том, чтобы сия перспектива реализовалась бы году в 2008-2009, а не в 2007м. Принцип «после нас хоть потоп» устраивает всех, и никому не хочется, чтобы потоп прошелся именно по нему. Приятно, например, сидеть на должности руководителя какого-то агентства ООН, жить на вилле во Флориде и периодически делать заявления типа «При мне такого не было! До чего довел Россию этот господин ПЖ! Зря Вы его рекомендовали мне в преемники…».

Особенно это было бы выразительно в условиях, когда господин ПЖ, привыкший за свою долгую жизнь к роли терпилы, готов будет принять все дерьмо на свою много повидавшую Ж…
Однако, обвал на нефтяном рынке может случиться существенно раньше, так что все абрамовичи с него бегут плотной толпой, обеими руками поддерживая программу реприватизации. А вместе с падением рынка начнется и структурный кризис.

Повлиять на ситуацию же кремлевские не могут. Конечно, все инструменты для управления нефтяным рынком в руках у Кремля есть. И их существенно больше, чему  Дяди Сэма, так что сыграть любую контригру – нет проблем. Вопрос лишь в том, что сильных игроков для этого в составе кремлевской команды нет, а есть лишь третьесортные шахматисты  типа Дворковича, само присутствие которого на этой должности служит лучшим свидетельством того, что все сильные профессионалы играть с Путиным отказались, а если и будут играть теперь – то против Путина.

Для экономики вся эта игра довольно предсказуема по последствиям. Ясно, что падению нефтяных цен будет способствовать укрепление доллара, в обеспечение которого нефть вкладывает порядка 40%. То есть падение нефти на 1% влечет с некоторым временным лагом рост курса доллара на 0,4%.

Наоборот, для рубля, в обеспечении которого нефтегазовая составляющая – порядка 90%, но уже не в противофазе, падение цен на нефть означает такое же падение и рубля.

Как известно, эластичность рынка недвижимости в России по доходам населения 100% с лагом 4-6 месяцев. А доходы населения в России прямо пропорциональны размерам ее нефтяного экспорта. Так что вслед за падением нефтяных цен следует ожидать и падения рынка недвижимости.

О фондовом рынке и говорить нечего – он только от нефтяных денег и зависит. Так что покатится с оглушительной скоростью к показателям 2000 года.

Учитывая, впрочем, что за последние три года все цены в России, кроме китайского ширпотреба, выросли в 2-3 раза, в рублях инфляция может оказаться и небольшой. Просто курс к доллару просядет вдвое-втрое, как после дефолта 1998 года. Однако, может быть разыгран и какой-то более катастрофический сценарий, если это окажется необходимым для перехвата власти.

Собственно, перехват власти – и есть суть системного кризиса режима. Как я уже писал, его стабильность держалась лишь на росте импортных доходов, и нежелании участвующих в его распиловке что-то предпринимать раньше времени. А стабильность его для населения держалась на чистом пиаре по принципу «у нас все схвачено!».

Оказалось, схвачено не всё.

Убийство на прошлой неделе замглавы Центробанка Андрея Козлова стало сигналом этих структурных изменений.
Чиновников такого ранга ранее не убивали. Почему? Такова была структура власти в стране.

У власти денег не было. Судьи, прокуроры, начальники всех рангов получали из бюджета зарплату символическую. Чиновники рангом поменьше – тем более. В результате каждому начальнику приходилось из своего кармана кормить своих подчиненных, дабы они выполняли его поручения.

В результате каждому чиновнику нужны были не только деньги на покупку своей должности, но и деньги на ее осуществление – то есть на выплату настоящей зарплаты тем сотрудникам, которые работают на начальника, а не на себя. Поэтому занять существенную должность можно было только при наличии достаточно крупного спонсора (типа Фрадков – Альфабанк) или при наличии УСТОЙЧИВОГО личного источника подпитки от клиентов (митволь-вариант). Сама власть тут соперником группам интересов не была.

Появление в руках кремлевских начальников шальных нефтяных денег закружило им голову и побудило к попытке изменить правила игры. С какого-то момента зарплаты судей и сотрудников органов подошли к той черте, начиная с которой можно уже прожить и без взяток, а начальство, платя такие оклады и тем более премиальные, оказалось для служивых снова авторитетом в законе, и очень часто система стала играть против бизнеса по-настоящему. И играть, как всегда, глупо.

Итак, с 2006 года всем стало вдруг ясно: деньгами уже вопрос не решишь, деньгами с властью не договоришься. Зажрались. Что остается сегодня людям, которые нуждаются в защите своих интересов?

Первый Козлов – первая ласточка. Бизнес заговорил с властью новым, более адекватным языком. И этот язык становится частью наступающего стурктурного кризиса.
Лиха беда начало.

(Продолжение следует)
promo shel_gilbo november 26, 14:37 11
Buy for 100 tokens
Многочисленные просьбы возобновить мои вебинары заставили задуматься, в какой форме их проводить? В традиционной парадигме проведения вебинаров как платных (и как бесплатных) мероприятий меня многое не устраивает по объективным причинам: форматы устарели. Поэтому необходим новый формат, который бы…