?

Log in

No account? Create an account

Июль, 3, 2006

На прошлой неделе случилось событие, которое само по себе может быть и не стоило бы упоминания, если бы не дало пищу большому числу кривотолков и обсуждений, которые стали хорошим индикатором положения дел в российском обществе и за его пределами.

Президент РФ В.В.Путин, проходя то ли по Соборной, то ли по Ивановской площади, мимоходом приласкал и поцеловал в животик маленького мальчика. Проявление нежности к ребенку – вполне здоровое проявление здоровой человеческой психики. Ни о чем другом оно свидетельствовать не может, по крайне мере для здорового человека. Однако же, обсуждения этого события показали, что здоровые психически люди в большинстве далеко не везде.

Прежде всего, всякого рода комментаторы то впрямую, то грязными намеками стали усматривать в этом простом поступке некую педофилию. Появилось огромное количество стишков и анекдотов на эту тему. Пошел целый вал сплетен и обсуждений, где уже небылицы стали нагораживаться одна на другую, выявляя всю извращенность психики их авторов.

Почему же реакция в обществе и в «мировом сообществе» на этот вполне здоровый поступок оказалась столь нездоровой? Объяснение, вроде бы, лежит на поверхности: общественная психика чем-то явно больна. Но остается вопрос – а чем?

Давайте с этим вопросом разберемся.

Прежде всего – о происхождении слова «педофилия». В переводе с греческого это всего на всего «любовь к детям». Как говорится в известном анекдоте о разнице между педагогом и педофилом: педофилы на самом деле любят детей.
Всякая любовь носит сексуальный характер. Сексуальный инстинкт есть, по сути, инстинкт жизни, Все эмоциональные отношения, глубокая чувственность, строятся на сексуальности. Любовь ребенка к родителю и любовь родителя к ребенку, любовь к красоте и любовь к Богу, Любовь Господа к людям и любовь к ближнему – все это сексуальные чувства. Сексуальность – очень широкий инстинкт.

[Нажмите, чтобы прочитать]

В низах современного общества понятие о сексуальности очень ограничено, и сведено к банальной порнографии. Ребенок из нижних классов получает представление о сексе в подворотне, и секс для него сводится к траханью и сдавленному хихиканью. Причина этого проста: в основе современной культуры лежит жесткое репрессирование сексуальности. Запреты на сексуальность сажаются ребенку в раннем возрасте, закладываются в бессознательное бессознательной же трансляцией этих запретов родителями. В результате широкий мир сексуальности для человека оказывается закрыт.

Исторически такой тип культуры возник потому, что общество нуждается в воспитании рабов. В психике все взаимосвязано: стереотипы поведения в сексуальной сфере неизбежно переносятся на поведение в любой другой сфере. Чем больше запретов у человека в сексуальном поведении, тем больше у него внутренних ограничений в социальной конкуренции, тем в большем он уступит, тем больше отдаст более свободному человеку, хозяину жизни.

В силу этого все институты формирования массовой психологии и системы ценностей для социальных низов – педагогика, церковь, зона, армия – поддерживают очень жесткое репрессирование сексуального поведения, запреты на все формы сексуального поведения, кроме небольшого количества разрешенных для данной культуры. Набор этих разрешенных форм реализации сексуальности меняется во времени и пространстве (например, еще в 70е годы в СССР миньет считался извращением, а в Китае и теперь считается, гомосексуализм был запрещен в 60е годы в большинстве стран, а сейчас – только в Индии и Иране, где когда-то был возведен в культ и поощрялся и так далее).

Результатом такого социального давления оказывается глубокая сексуальная неудовлетворенность в обществе и порожденное ей истерическое поведение большинства населения. У детей в странах западного типа культуры педагогическая литература даже отмечает наличие «латентного периода сексуальности», когда с 5 до 12 лет сексуальные вопросы вообще не интересуют ребенка, а потом начинается «пубертатный период». Ни у одного биологического вида такого извращения нет, в норме этого нет и у человеческих детенышей. Но извращенная культура так давит на ребенка, что вытесняет у него самую мысль о сексуальности, сексуальный инстинкт долго вытесняется, сублимируется и инверсируется, чтобы в 13 лет вырваться уже в извращенно-агрессивной форме, которая и составляет суть «пубертатного поведения», которого в норме у ребенка просто не должно быть.

Результатом такого перекоса в сексуальном воспитании является инвалидность в этом вопросе на всю жизнь. Большинство наших современников не представляют себе реализации сексуальности иначе как в истерически-агрессивных формах, 60% мужчин к 40 годам становятся импотентами, а 30% женщин изначально фригидны, 70% семей в западных странах и России не живут сегодня сексуальной жизнью вообще, не то что регулярно. Эта ужасная статистика не обсуждается, так как ее обсуждение заставило бы сделать следующий шаг и задуматься о социальных последствиях всего этого.

А социальные последствия таковы. 90% наших сограждан в принципе не готовы не только отстаивать свои интересы, но и осознавать их. 50% наших сограждан стыдятся взять деньги за свои услуги, если это не оклад. 90% наших сограждан не способны проявить инициативу ни в чем. 60% наших сограждан никогда не говорят правду. 90% сограждан не способны делать то, что хотят и всегда пытаются понять, что делать «надо» (не задумываясь, кому надо, чтобы они так действовали). Это и есть то глубочайшее внутреннее рабство, которое держит в социальных низах большинство населения «цивилизованного мира», оставляя радости жизни тем, кто по каким-то причинам не полностью задавлен прессом сексуально-культурных запретов.

Мифология вокруг «педофилии» лежит в русле этой системы запретов, мало отличаясь от других ее составляющих. Она предельно проста.

Для человека нормального сексуальная любовь к ребенку – естественное проявление его жизненного инстинкта. Ребенок нуждается в этой любви, это предопределено биологически. Ласки, поглаживания, похлопывания, поцелуи, игры, улыбочки и переглядывания – все это необходимо для нормального роста и развития ребенка, для того, чтобы из него не вырос ригидный «человек в футляре», патологический лгун и безынициативная тюря. Не получающий в детстве достаточно ласки ребенок хронически болеет и плохо развивается.

Но если ребенок будет нормально развиваться, чувствовать свою нужность, он постепенно начнет осознавать и свои интересы. А тогда из него получится плохой раб. Или вообще раба не получится. И поэтому в саму систему воспитывающей рабов культуры встроена жесткая мифология, обосновывающая запрет на проявление нормальных человеческих чувств к ребенку.

Например, считается, что ранняя половая связь крайне травмирует душу ребенка и ломает ему жизнь. В действительности, факты свидетельствуют скорее обратное. Мэрилин Монро, к примеру, начала половую жизнь в 7 лет с господином лет пятидесяти. Нельзя сказать, чтобы это плохо отразилось на ее здоровье, психике или карьере. И если посмотреть представителей элиты, которые сделали себя сами, там это скорее правило, чем исключение. Наоборот, при взгляде на невротического вида даму, выглядящую в 30 лет на 40 и живущую по принципу «сгнила, засохла, но не пробита», понимаешь, что уж у нее-то жизнь точно сломана именно потому, что половая жизнь не начата не только вовремя, а часто и никогда.

Но самое главное – обычно педофилические отношения и не содержат в качестве составляющей именно половую связь. Сексуальность в отношении детей проявляется обычно через различные формы нежности, ласк, поддержки, проявления заинтересованности.

Проявление заинтересованности – скорее всего главная составляющая педофилических отношений. Родители, обычно тоже жертвы системы, люди закомплексованные, не только не уделяют детям достаточно ласки, но и не дают им почувствовать их нужность. В результате большинство современных детей растут с ощущением брошенности и никому не нужности. С возрастом это ощущение сохраняется, создавая незавершенную зависимую психику. Такого человека легко разводить, легко встраивать в систему, легко им манипулировать.

Наоборот, общение ребенка с заинтересованным в нем взрослым помогает созреванию детской психики, осознанию себя, своего интереса, способствует возникновению самодостаточной личности. Именно поэтому практически все представители элиты, сделавшие себя сами, имели в детстве какие-то связи педофилического характера (не обязательно именно сексуальную связь). И никаких неврозов и психических проблем это в их психике не оставило, как показывает многолетний объем реальной психотерапевтической практики.

Так что неудачники и невротики – жертвы скорее педагогов, чем педофилов.

Что на самом деле наносит серьезный ущерб психике ребенка – так это насилие. И насилие это может быть как сексуального характера, так и не сексуального. В любом случае, источник неврозов – это пережитый ребенком акт агрессии со стороны взрослого.

Изнасилование ребенка в нашем обществе – вещь весьма частая. Но изнасилование это не имеет никакого отношения ни к сексуальности, ни тем более к педофилии. Изнасилование – акт агрессии, а агрессия эта порождается как раз всякого рода сексуальными запретами. И жертвой такой маниакальной агрессии часто становится ребенок.

Главная задача «педофилической мифологии» - скрыть реальное положение вещей, которое заключается в том, что детей насилуют не педофилы, а как раз естественные продукты стандартного воспитания – извращенцы-маньяки, у которых вытеснение нормальной сексуальности привело к тому, что они на проявление этой нормальной сексуальности не способны и сексуальное поведение у них может проявляться только в насильственных формах.

Наоборот, когда в поле зрения репрессивных органов попадает настоящий педофил, дети-партнеры обычно всеми силами выгораживают его, так как никогда не видели от него ничего, кроме хорошего (а хорошее часто только от него и видели). В конечном счете, конечно, они его обычно предают, так как подвергаются сильнейшему прессингу, да и предыдущим воспитанием заточены под предательство. Здесь заставить ребенка предать – дело принципа для системы, так как имеет важную педагогическую функцию: чем больше ты предал, тем лучший из тебя раб, тем проще ты предаешь себя и свои интересы.

Я мало задумывался на педофилическую тему, так как сам не вижу сексуальных объектов за пределами возраста от 18 до 28, и потому интерес педофилов к малолеткам был мне непонятен. Задуматься над самой этой проблемой меня заставило несколько лет назад довольно анекдотичное событие.

Когда я в 2003 году выдвинулся кандидатом в губернаторы Санкт-Петербурга (тогда еще губернаторов якобы выбирали, а не присылали), в моем подъезде тут же распространили листовку о том, что я страшный педофил, от которого надо беречь детей, и что меня разыскивает по этому поводу милиция. Валентина Ивановна утверждает, что к этой листовке не имела никакого отношения. Я ей верю.

Не знаю, поверили ли читатели листовки, что милиция не может найти кандидата в губернаторы, проживающего по адресу прописки, но единственным следствием этого события стало то, что соседский мальчик из коммуналки стал поджидать меня в подъезде или у лифта, ловить мой взгляд, пытаться познакомиться и вообще всячески обратить на себя внимание. Поскольку подозрения в провокации отпали почти сразу, я задумался над мотивами подобного поведения ребенка.

Мотивы эти хорошо поясняет известный анекдот о положении детей 90х годов:
- Папа, папа, я кушать хочу!
- Я в твои годы хотел стать космонавтом!

Основатель монетаризма Милтон Фридман, ознакомившись с мерами правительства российских «монетаристов» образца 1992 года, заметил со вздохом: «наверное, эти ребята очень хорошо кушали в детстве…». Он сразу понял, что жертвами этих обожравшихся гайдаров-авенов-чубайсов станут русские дети, обреченные на голод и брошенность.
В 70е была довольно развитая система детского досуга, да и кризис семьи не зашел так далеко. Но уже и тогда появилась, а в 80е стала быстро расти прослойка брошенных детей, ощущающих свою ненужность. Я в детстве не испытывал дефицита внимания в семье и в обществе, а потому вырос довольно жизнерадостным парнишкой. Но уже и тогда я часто встречал ребят, прямо страдавших от ощущения своей ненужности. У этих ребят был очень популярен Цой, певший о чувствах именно этой прослойки, к которой принадлежал. И сегодня именно Цой у молодежи намного популярней, чем был в 80е, хотя остальные идолы тогдашнего рока в большинстве своем уже давно ушли в забвение. Значит, потерянных ребят стало больше.

Потерянные девочки и мальчики ищут внимания, а взрослые сторонятся их, боятся, ненавидят, отгораживаются мифами об их порочности и врожденной преступности. Большинство детей не только лишено внимания со стороны мира взрослых, но и сталкиваются с его враждебностью к себе, выращенной системой воспитания рабов с ее мифами о педофилии и склонных к преступности детях.

И только педофилы смотрят на детей без этой враждебности, ненависти и злобы. Их сексуальное влечение заставляет их смотреть на ребенка как на личность, формирует искреннее внимание и интерес к этой личности. Ребенок часто впервые с таким человеком чувствует свою нужность, инстинктивно ищет, но довольно редко находит такого партнера. Еще реже такие романы продолжаются достаточно долго, чтобы дать ребенку все, что ему нужно: помощь, покровительство, партнера для откровенных разговоров, советчика в неизбежных в детстве сложностях.

Когда я задумался над этим фактом, я вдруг обнаружил среди своих знакомых достаточно много педофилов. Я стал расспрашивать их бывших, уже повзрослевших, партнеров о том, что они думают о своих бывших «друзьях-покровителях». Оказалось, что не просто хорошо думают, но и очень благодарны, и до сих пор сохраняют очень дружеские отношения. И тогда я понял, что что-то я упустил в детстве потому, что мне не встретился такой человек.

Первое и очевидное, что бросается в глаза – источником истошных визгов о борьбе с педофилией и охоты на ведьм в этой сфере открыто является главная «Империя зла» сегодняшнего мира – США. Но ограничиться констатацией этого факта и посчитать, будто все зло идет из Америки, было бы, как всегда, сильным упрощением. На самом деле проблема глубже и коренится в общественной психологии вообще. Просто в США, переживающих глубочайший нравственный кризис в своей истории, эта проблема встала острее других.

Степень истерии, до которой доведена эта проблема в США, действительно удивляет. Огромные ресурсы тратятся на поиск «ужасных педофилов». Тысячи агентов ФБР днюют и ночуют на Интернет-чатах, изображая из себя «лиц, не достигших 21 года», в надежде, что какой-то лох попадется на удочку и назначит через Интернет свидание «малолетке». Это уже является составом преступления и грозит бедняге судом и тюрьмой.

Когда известный психолог из России, приглашенный в американскую семью для консультации, начал разговор с ребенком с того, что посадил девочку себе на коленку и погладил по головке, перепуганный отец вскочил и стал задергивать все шторы на окнах. Когда один европейский турист на улице погладил по головке что-то у него спросившего малыша, дело чуть не кончилось высылкой и судом. Примеры такие можно приводить уже миллионами.
Подобная невротическая реакция на вполне естественные действия здоровых психически людей является симптомом не только глубочайшего нравственного кризиса, но и крайней тоталитарности американского общества. Разумеется, невротический страх перед педофилией существует и в других странах. В том числе и в России. Но здесь он существует на уровне предрассудка и не более того. Другое дело, если этот предрассудок возводится в ранг государственной политики. Такой предрассудок сразу становится формой фашизма, несущей угрозу человечеству.

Например, такой предрассудок, как антисемитизм, существует в любом обществе. Значительная часть читателей «нового Петербурга» тоже его разделяет. И разумеется, каждый имеет право на любые убеждения, включая и антисемитские. Другое дело, когда в Германии при Гитлере этот предрассудок оказался возведен в ранг государственной политики тоталитарным режимом. В этом качестве он нанес равный ущерб как адресату политики, так и титульной нации, всему германскому обществу в целом, породив кризис, который на три поколения вперед лишил Германию статуса мировой державы.

Американский тоталитаризм в процессе своего становления избрал в качестве жертв несколько социальных групп, в числе которых оказались и педофилы. Этот выбор вполне логичен для тоталитаризма: педофилы и правда сильно препятствуют изготовлению из детей послушный и безынициативных рабов, а потому сам факт их существования враждебен любой форме тоталитаризма.

Два главных тоталитаризма современного мира – американский пострейганизм и исламский фундаментализм – в равной мере сегодня преследуют те или иные меньшинства. И если исламский фундаментализм выбрал себе более традиционные группы типа евреев, гомосексуалистов, иногда эмансипированных женщин, то американский, по причине наличия в США заранее выстроенных этими меньшинствами оборонительных механизмов, пришлось всю свое нерастраченное зверство сосредоточить на не имеющих нормального юридического представительства в гражданском обществе педофилах.

Тот факт, что российский президент может себе позволить во время прогулки приласкать ребенка, и вполне откровенным образом поцеловать его в животик, в то время как американский президент может стать жертвой импичмента даже если просто с интересом на ребёнка поглядит, очень многое говорит о разнице политических режимов. При всех недостатках нынешнего российского режима, он выглядит гораздо свободнее, а российское общество – существенно здоровее американского.

Конечно, и в российском обществе имеет место бурчание носителей различных предрассудков, но оно никак не возводится на уровень государственной политики. Даже если какая-нибудь склизка в очередной раз устроила бы визг в Думе о борьбе с педофилией и своих подозрениях в отношении поцеловавшего ребенка президента, это имело бы не больше последствий, чем известные демарши Васи Шандыбина, периодически уличавшего на сессии то одного, то другого депутата в педерастии. На такие выступления всем было бы скучно наплевать, что и является наиболее здоровой на них реакцией.

Иное дело – в Конгрессе США. Если бы там показали видеосюжет, как американский президент гладит ребенка по головке (! уже преступление!), а затем еще с ним о чем-то разговаривает (!вне протокола – ну явный педофил!), а потом еще и задирает мальчику футболку и целует в животик – тут уже был бы импичмент по полной программе. Помнится, прошлый президент чуть не попал под импичмент, когда просто случайно выяснилось, что он не импотент и пробавляется миньетами…

Итак, российский президент прилюдно поцеловал мальчика. Значит – целовать детей в России можно. Значит – у русских детей есть право на ласку. И может быть, растущее сейчас поколение будет чуть посвободнее и научится улыбаться той улыбкой, которую не встретишь у поколения, выросшего при Ельцине – поколения лишенного детства.

(Продолжение следует)
promo shel_gilbo june 28, 02:47 39
Buy for 100 tokens
В августе-сентябре я провожу в Петербурге и Москве серию семинаров на разные темы Первый из них 24-25 августа будет посвящён Алхимии и её взаимоотношениям с современной аналитической наукой. Я расскажу как и почему ошибочное разделение на атомы и молекулы стало тормозом технологического развития,…

ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ

Освоение архива вопросов и ответов по личностному росту гарантирует ежедневное изменение Ваших отношений с реальностью к лучшему.
Июль 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Метки

Разработано LiveJournal.com
Дизайн Jamison Wieser