shel_gilbo (shel_gilbo) wrote,
shel_gilbo
shel_gilbo

Categories:

Россия на перепутье 19

Комментируя прошлой осенью «исламскую революцию» во Франции, я заметил, что за действиями хулиганствующих подростков стоят вполне определенные силы в правящей элите Франции. Меня тогда обвиняли в неконкретности: называй, дескать, конкретные имена. Однако, тогда это было сложно сделать, так как пиарные фигуры впроцесс вовлечены еще не были, а если бы я стал называть реальных политических игроков, их имена широкой публике ничего сказать бы не могли.

Сейчас ситуация изменилась, и ослиные уши политической борьбы во Франции стали видны под любым углом зрения.
Итак, сказка о том, как поссорился Николя с Домеником, или как делаются дела в благовоспитанной Европе и почему считать этот регион стабильным становится все труднее.

Как мы помним, мусульманские волнения прошлой осенью начались в Париже по странному поводу. Два малолетних хулигана политкорректной расой принадлежности залезли в трансформаторную будку, где их дернуло током. Виноваты в произошедшем почему-то оказались не хулиганы, и не плохо их воспитавшие родители, а министр внутренних дел Николя Саркози.

За какие уши можно было притянуть к этому делу министра? Оказывается, это он при помощи парижской полиции (прямо ему не подчиненной) преследовал невинных детей Магриба и загнал их в будку, куда и пустил ток. Согласитесь, обвинение не слишком убедительное даже по сравнению с обвинением российского министра обороны в организации зверской дедовщины против мальчика, пострадавшего от наследственного заболевания. Но этого обвинения хватило, чтобы мусульманское население Франции забурлило, а премьер стал зондировать мнение Президента насчет отставки полицейского министра.

Через некоторое время стало, правда, ясно, что премьера побудило к этому вовсе не сострадание к дернутым током детям Магриба. Просто во Франции перед окончанием второго президентского срока престарелого Ширака началась операция «преемник». Премьер де Вильпен и Саркози оказались конкурентами за обладание Елисейским Дворцом.
Позиции у обоих были примерно равные. Стоящая за Саркози группировка решила крепко подточить позиции конкурентов. Разгул хулиганского террора и обвинения Саркози в неспособности с ним справиться были лишь первой составляющей их игры. Второй составляющей стала договоренность де Вильпена с французским патронатом – Союзом французских предпринимателей, организацией более чем влиятельной, аналог которой так мечтают создать в России Примаков и Вольский.

[Spoiler (click to open)]

Договорились просто. Де Вильпен взялся протащить через Палаты закон о первых шагах по дерегулированию рынка труда – о введении испытательного срока для нанимаемых впервые. За это патроны согласились не выбирать своим председателем брата Саркози.

Однако же, министр полиции в кресле удержался, а стоящая за ним группировка оказалась не лыком шита. В течение нескольких месяцев она подготовила и врубила ответку.

Нельзя сказать, чтобы пролоббированный Де Вильпеном закон серьезно осложнял положение французской молодежи. Если бы у предпринимателей была возможность устанавливать испытательный срок, они легче брали бы молодежь на работу, которую сегодня найти становится все сложнее. Как любое нововведение, закон вызывал у студентов подозрения, но в целом мнения о нем были весьма разные.

Однако, в течение нескольких месяцев ситуация серьезно изменилась. Предположительно в результате работы полицейских филеров в молодежной среде к закону выработалось стойко отрицательное отношение. Студенческие профсоюзы увидели в этом способ подъема своей численности и решили организовать шумную кампанию против закона. Им были даны полицейские гарантии безопасности и охраны их мероприятий.

Поначалу профсоюзам удалось вовлечь в активные действия достаточно мало студентов, и численность добиралась толпами состоящих на полицейском учете маргинальных элементов из парижских пригородов. Затем ректора вузов объявили, что перенесут сессию, чтобы студенты не вздумали беспокоиться по такому второстепенному делу, как учеба, и занялись основной работой по имитации еще не установившегося цвета революции.

Еще через некоторое время в дело оказались вовлечены профсоюзы работников госпредприятий, где позиции МВД традиционно сильны. Они поддержали выступления студентов всеобщей забастовкой. Революция началась.

В результате этих событий де Вильпен оказался в сложном положении. Уступив и взяв обратно закон, он нарушит свои обязательства перед французским патронатом, после чего о президентских амбициях можно забыть. Поэтому он должен его лоббировать до конца. А конец близок.

У Ширака в этой ситуации есть две альтернативы. Первая – принять огонь на себя и отдать Саркози письменный приказ на  разгон митингов. Ясно, что без такого приказа Саркози будет прямо саботировать наведение правопорядка до отставки де Вильпена, а при наличии такого приказа конец президентской карьеры Ширака будет омрачен позорными страницами, о которых Саркози позаботится хотя бы для того, чтобы набрать очки самому. Например, уход с должности в знак протеста накануне заранее организованной кровавой бани автоматически приводит Саркози в премьерское кресло.

Вторая альтернатива для Ширака -  сдать де Вильпена. В этом случае он не теряет ничего. Единственное, чего Шираку следует подождать – когда французский патронат убедится, что де Вильпен все равно закон протащить не сможет и поставит на нем свой жирный крест.

Знаковым событием для прогнозов тут может быть встреча Ширака с лидерами патроната. Ясно, что прийти они к нему могут лишь для одного – дать санкцию на слив де Вильпена. В этом случае Ширак воспользуется президентскими полномочиями, чтобы связать закон с вопросом о доверии кабинету, и после провала его в Палате отправит де Вильпена в отставку. Ясно, что новым премьером и преемником неизбежно становится Саркози.

Для де Вильпена остался лишь один относительно приемлемый путь к отступлению – отсановить закон решением Конституционного Совета как противоречащий Конституции. Понятно, что патронат его в этом случае вряд ли поблагодарит, но хоть премьерское кресло вкупе с призрачной надеждой на участие в президентской гонке он сохранит.
Саркози явно не готов дать сопернику сыграть столь гладко.

Итак, политическая борьба во Франции принимает потихоньку формы, ранее свойственные скорее восточноевропейскому региону – Югославии, Украине, Грузии. Тотально манипулируемые нобилитетом народные массы втягиваются в борьбу и становятся орудием склок за власть.

Так или иначе обе стороны будут вынуждены для решения своих проблем идти на эскалацию противостояния.
Этот путь имеет одно издревле известное свойство: рано или поздно ситуация выходит из-под контроля манипуляторов. Количество вовлеченных в игру сил постепенно переходит в качество и ситуация дестабилизируется.
Итак, крупнейшее государство Западной Европы, становой хребет ЕС превращается в зону нестабильности.

Вопрос, что должна делать Россия в ситуации, когда слывшая вторую половину прошлого века оплотом стабильности и процветания Западная Европа втягивается в полосу нестабильности? Ответ очевиден: диверсифицировать свои экономические и политические интересы. Запад как приоритет российской политики в ближайшее время силою вещей отступает на второй план, и на первое место выходят интересы России в Азии.

Ослабление Европы в результате дестабилизации Франции объективно укрепляет позиции России в странах бывшего СССР. Американская поддержка антироссийских сил в них носит характер конъюнктурный, а поддержка ЕС скоро не будет стоить ничего. Значит, на успех в политике смогут рассчитывать лишь пророссийские силы.

В некоторой степени это стало доходить даже до такого светоча политической мысли, как украинский президент Ющенко. Он все более и более склоняется к тому, чтобы сделать ставку на пророссийские силы и вернуться на те рельсы, по которым Украина катилась во времена Кучмы. Однако, в отличие от Кучмы, его система обязательств не позволяет ему твердо встать на такой путь, так как это означает потерю поддержки от антиукраинского бандеровского сообщества, на которое Кучма опирался в последние два года в своей политической карьере.

Другой светоч политической мысли, призванный доказать тезис В.И.Ленина, что кухарка тоже может управлять государством – президентша самопровозглашенной республики Латвии Фрейберга также стала ощущать беспокойство. Прославленная заявлениями о том, что демократия есть подчинение меньшинства большинству и что гитлеровский концлагерь служил целям воспитания латвийских евреев и обучения их хорошим манерам, Вайра вдруг обозвала традиционное для Латвии шествие ветеранов войск СС в годовщину образования латвийских дивизий этого осужденного нюрнбегским процессом учреждения, не иначе как провокацией.

С чего бы это? Пятнадцать лет был национальный праздник и вдруг – провокация? Пятнадцать лет ССовцы были самые уважаемые в Латвии люди, а тут они кого-то на что-то провоцируют? Многие годы Вайра поздравляла этих светочей гуманизма с профессиональным праздником – и вдруг на тебе, провокация!

Не стыкуется. Хотя бы потому, что проведению ССовского шествия власти не мешали, а ССовцы и далее сохранили свои привилегии за заслуги перед СС и Латвией. Да и режим апартеида против причисленных фюрером к низшей расе русских смягчать латвийские власти никак не собираются, даже вопреки прямым директивам ЕС и решениям Европарламента. И вдруг  сквозь зубы – «провокация»!

Кто спровоцировал бедную Вайру? Чего испугалась эта зоологическая русофобка и антисемитка? Почему вдруг пожелала отмежеваться от родной СС? Где под ней зашаталось?

Так или иначе дестабилизация Европы ощущается всеми. А это значит, что позиции более стабильной России укрепляются. Сможет ли она ими воспользоваться – зависит от того, в какой мере патриотические силы смогут оказывать влияние на выработку политического курса.

Впрочем, в этом вопросе наметился существенный прогресс. Прежде всего началось очищение патриотических сил от всякого рода раскольников и провокаторов, которые пытались использовать патриотическую риторику в целях личной карьеры. Самый шумный популист, расколовший из карьерных побуждений фракцию «Родина» Сергей Рогозин, вышел в тираж. Очищенная от него партия вполне может претендовать на участие в едином фронте патриотических сил.
В последнее время объективно выросло влияние прагматического и профессионального крыла патриотического лагеря, группирующегося вокруг вице-спикера Думы Сергея Бабурина, с деятельностью которого связаны как серьезные подвижки во внешнеполитическом курсе РФ, так и успех национальной консолидации Белоруссии. На фоне шумного популизма Рогозина реальная политическая работа вице-спикера оставалась в тени публичного внимания, но его авторитет в патриотическом лагере неизменно рос все это время параллельно росту раздражения бездарным и провальным карьеризмом Рогозина.

Если в сложившейся ситуации Бабурину удастся объединить патриотические силы и преодолеть сопротивление провокаторов-раскольников, профессиональная политическая работа получит существенно более мощную общественную поддержку, чем ныне. А значит, влияние патриотических сил на ситуацию в стране станет значительно больше, чем их влияние в Думе. Ведь объективная ситуация вынудит Кремль ориентироваться на их позицию.
В какой мере такая перспектива реальна – покажет время.
Subscribe
promo shel_gilbo november 28, 23:17 145
Buy for 100 tokens
Вчера начался краудфандинг на нашем клубном стрим-сервисе для проведения и продвижения наших вебинаров-стримов. Начало кампании показало, что не все понимают суть новой экономики и нового формата, оказались к нему не готовы. Ну, на то наш проект и образовательный, чтобы разъяснять непонятки. Мы…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments